Она была так поглощена сетевой игрой, что учеба ушла на второй план. Старшеклассница ночами сидела за компьютером, спорила с товарищами по клану, соревновалась в рейдах и особенно привязалась к одному игроку: его действия, шутки и манера решать боевые ситуации казались ей необычайно близкими. В реальности её подготовка к экзаменам потерпела крах, итоговые результаты оказались ниже необходимого, и шансов на прямое поступление не осталось. Пустые бюллетени и расстроенные родители сменили радость цифровых побед на тяжёлое осознание промаха.
Тем не менее чувства не исчезли. В виртуальном пространстве родилась любовь, которую она не могла объяснить никому; о предмете своего обожания она знала лишь одно — в каком университете он учится. Это знание стало якорем: мысль о нём возвращала и мучила одновременно. Затем он перестал появляться в игре — как будто вырванная нить общения оборвалась. Его отсутствие было для неё ударом и одновременно толчком. Она выключила компьютер, с силой оттолкнулась от прежних привычек и приняла решение учиться по‑настоящему.
Она организовала свой день, составила план повторения, пересмотрела пробники и репетировала устные ответы. Постепенно оценки улучшались, а уверенность росла. Каждый день начинался с раннего подъёма и заканчивался глубокими конспектами при лампе; она училась в библиотеке среди чужих лиц, учила формулы и даты, повторяла вопросы вслух и вычеркивала слабые места. Родители, сначала встревоженные и строгие, постепенно заметили перемены и уступили место осторожной поддержке.
Вскоре усилия принесли долгожданный результат: она поступила именно в тот университет. В университетском приёмном пакете она прочитала адрес факультета как карту, по которой уже строила маршруты и представляла, где может пересечься с тем, кто когда‑то был ей близок только виртуально. При виде кампуса у неё смешались радость и напряжённое предвкушение — теперь цель была не просто учёбой, а возможностью разыскать того, с кем связала своё сердце в сети.